Про носки. [30 Nov 2004|11:44am] (c) какое-то "nedorazumenie"

Однажды я была юной девушкой, и у меня даже был жених, который потом стал моим мужем. Родители были в жарких странах, и я жила целую зиму дома одна с собакой Грэтой, которая была ризеншнауцером, и которая жрала больше меня в 2 с половиной раза. Если кто не знает что такое ризеншнауцер Грэта, то я объясню. Ризеншнауцер Грэта – это огромная черная собака с лохматой бородой одного со мною веса, которую было очень трудно выгуливать, т.к. она любила скакать галопом, чтобы я ехала на пузе за ней следом с поводком, намотанным на синюю руку. Я даже четко знаю, что у нас в доме была группа соседей, которые намеренно просыпались с самого ранья для того, чтобы полюбоваться как Грэта носится по двору, а за ней на поводке по снегу ездит бездыханное человеческое женское туловище. Такая была зима. И так мы гуляли. Мне нравилось жить одной.

Мой тогда жених жил в Крылатском. Встречаться в эту зиму у нас получалось редко, потому что, во-первых, Грэта выжала из меня все сексуальные желания (вас никогда не возили по снегу на пузе в течение 2х месяцев по 2 раза в день?), во-вторых, я много училась, много работала, много смотрела телевизора, и у меня не было времени на флирт, т.к. болело пузо.

Как-то после работы мой тогда жених, которого назовем тут Памук, потому что это смешное имя и мне нравится, говорит мне – Лена, у меня накопились носки для стирки, но моя стиральная машина не функционирует, нельзя ли совершить постирушки у тебя дома? Я обрадовалась такому предложению, т.к. за носками стояло что-то большее – я так чувствовала, и я сказала – хорошо, Памук, я согласна, пакуй свои носки и поедем ко мне на другой конец города их стирать, коли так. Памук упаковал 64 грязных комочка в настоящий чемодан, и мы поехали с носками по морозу. Когда мы прибыли ко мне, мы обнаружили, что я, оказывается, никогда не пользовалась стиральной машиной и что все, что мне настирала мама до отъезда, еще не испачкалось, поэтому стирать я не умею. Этот факт меня страшно испугал, т.к. Памук мог передумать брать меня в жены, хоть он и не собирался этого делать на том этапе и даже не знал о моих планах, но я-то знала – мы поженимся. Короче говоря, мы закинули комки в машину, кое-как ее включили, кое-как она их постирала, но выжимать почему-то не стала. Я собственноручно, пока Памук готовил пожрать, выжала каждый носок и развесила их все по батареям. А потом села в кресло краснощекая. Пока мы жрали, Грэта бегала по хате с разными носками в зубах и улыбалась как скромная дворовая собака. Хороший был вечер.

Через пару месяцев, после возвращения родителей, мама разбудила меня в какое-то воскресенье очень злым выражением лица. Я со страху начала перебирать в уме все свои грехи, начиная с потерянного колье и заканчивая нечаянно разбитым кофейным сервизом, пользуясь которым, я хотела подать Памуку кофе, чтоб он наверняка взял меня замуж, но пока доставала сервиз, ебнулась с табуретки вместе с сервизом. Пока лежала на полу в осколках, думала – нет, не возьмет он меня замуж, точно не возьмет!

Так мама стояла у меня над душой с ужасным человеческим задумчивым выражением лица и тремя разными носками в руках, как бы вопрошая – что это, ёптаваюмать, что это?! На самом же деле она ничего не вопрошала, а просто махала мужскими носками перед лицом у полуспящего человека. Она, видимо, рассчитывала на то, что я ей объясню природу происхождения этих носков, но у меня было спящее настроение, поэтому я просто сказала – мама, если ты будешь продолжать держать эти предметы у меня перед носом, то я пожалуюсь папе, что ты воруешь у чужих мужчин носки, а потом заставляешь свою дочь их нюхать. Такую чушь я сказала на удивление самой себе, и это помогло, мама от меня отвязалась, а я продолжила спать.